velzevul (dubva1) wrote,
velzevul
dubva1

Выживает глупейший

Происхождение людского мозга относится к основным загадкам эволюции и к одной из более дискуссионных тем в био науке. Почему в некий момент времени эволюция поддержала развитие мозга у одной из веток приматов? Почему мозг так быстро вырос за настолько маленький период? И почему в течение 30 000 лет мозг человек разумный повсевременно теряет в весе?






Чтоб
ответить на эти вопросы, придется обратиться к увлекательным метаморфозам,
происходившим с древними праотцами населения земли миллионы годов назад. До
возникновения человека эволюция совершалась обычным методом. «Топливо»
эволюции – полиморфизм, вариабельность, изменчивость снутри 1-го вида. Если
наружные условия обитания не изменялись, признаки вида сохранялись более-менее
консервативно, если же условия претерпевали конфигурации, то полиморфизм позволял
выжить тем созданиям, у каких оказывались более применимые для изменившихся
критерий свойства. А вот когда изменчивость признаков не перекрывала изменившихся
критерий, популяция вымирала. Естественный отбор – это вечное противоборство
множественности признаков и давления среды. Смогли животные найти для себя
пищу– отлично, не смогли – вымерли. Есть возможность плодиться – отлично,
нет – все снова же вымерли.


Человек
естественная часть природы, и длительное время эволюция людского мозга шла по
этим же биологическим законам. Шла она не то чтоб очень стремительно, ну и само
возникновение приматов (около 65 млн годов назад) нельзя считать некий верхушкой
эволюции – это не что другое, как приспособление млекопитающих к жизни на
деревьях. Реальная людская история в обезьяньем мире началась в тот
момент, когда появились необыкновенные условия, другими словами та переходная среда,
которая в корне изменила нрав эволюции людского мозга. Понятно, что ни
с того ни с этого настолько суровые перемены, приведшие в итоге к
возникновению человек разумный, произойти не могли. Чтоб разъяснить причину этих
революционных преобразований, масса теоретиков склоняется к различным формам так
именуемой речесоциально-трудовой теории. Мол, человек стал разговаривать, стал
трудиться, тогда и мозг начал конструктивным образом изменяться. Но эта теория
не выдерживает даже поверхностной критики. На данный момент понятно много видов
животных, использующих орудия, системы сложных коммуникаций и развитую
структуру сообществ, но это так и не привело к возникновению большого мозга. Так
что все-таки вышло?



Рай
находился в Африке


Судя по
всему, архетип людского мозга сформировался в определенной
уникальной среде в итоге долгого био процесса. В
некий момент времени, приблизительно 15 млн годов назад, на востоке Африки сложились
очень подходящие условия для жизни всех млекопитающих. Тогда в субтропиках
либо в тропиках, в полузатопленных местах, в неглубоких проточных водоемах
в множествах плодились какие-то смачные и питательные
животные – беспозвоночные либо рыбы. На этих созданиях паразитировало
неограниченное количество птиц и других животных. Посреди последних и оказались наши
дальние праотцы – тогда они были чуток гораздо меньше современных шимпанзе. И в наши
деньки в Норвегии можно узреть, как во время нереста сельди медведи заходят на
задних лапах вводу и, стоя там по грудь, черпают лапами икру и едят ее,
пока не насытятся. Вот и нашим праотцам довольно было войти в воду и немного
почерпать лапками, чтоб наесться. Таковой полуводный стиль жизни, кстати, отлично
разъясняет происхождение двуногости. Понятно, что чем далее животное может
зайти в воду, тем больше оно сумеет собрать там еды. Но входить на глубину на
четвереньках неловко, потому и норвежские медведи, и многие
современные приматы вступают в воду, стоя на 2-ух ногах. При всем этом передвижение
на 2-ух ногах высвободило фронтальные конечности, которые тоже понадобились.
Так как, как уже говорилось, водные животные стали обильной едой птицам,
последние интенсивно плодились, а означает, несли яичка. Чтоб доставать яичка из
гнезд и употреблять в еду, праотцам человека необходимы были руки.


Если
фрукты для лазящих животных вседоступны, то получение белковой еды дается
приматам с огромным трудом. В погоне за мясом современные мортышки охотятся
даже на других обезьян. А вот в «африканском раю», сложившемся 15 млн
годов назад, с качественной белковой едой у тогдашних приматов не было
никаких заморочек: икра и птичьи яичка находились практически на расстоянии вытянутой
руки. Все это привело к формированию группы животных, фактически выпавших из
системы отбора: для чего изменяться, если условия среды близки к райским? Но,
как понятно, при излишке еды животных вообщем ничего не интересует, не считая
размножения. Богатство пищи, таким макаром, усилило конкурентнсть при размножении
и, как следствие, стало предпосылкой гонки за доминантность.



Идея
изреченная есть ересь


Одним из
последствий сложившейся ситуации стала речь, которая, по-видимому, зародилась
как раз в «райский» период. Речь могла появиться как метод организации
совместных действий, а начиналась, может быть, с обычных звуков либо,
к примеру, пения, как у современных гиббонов. Кстати, у гиббонов в мозге есть
такие же поля, как и в мозге человека, и конкретно там у нас локализуется
речь. Дальше на этой базе уже появилась речь, применяемая не как средство
общения, как средство имитации. Можно было впечатлить самку реальными
фуррорами на охоте и обильной добычей, что добавляло самцу привлекательности,
увеличивая шансы на передачу собственного генома будущим поколениям. А можно было ей
об этом просто поведать и заполучить в ее очах те же лавры фаворита, не
прилагая реальных усилий. В био мире все поддерживается конкретно в
таковой пропорции: чем меньше действий и больше био результата
тем эффективней событие. Потому имитация деяния при помощи речи стала
неоценимым качеством у архаичных антропоидов. Речь стала прибыльным продуктом,
и на нее начал действовать насыщенный отбор, так как она позволяла
достигать результата в размножении. На самом деле дела, речь появилась как форма
обмана, а обман был эффективен тогда и, и в наши деньки.


Итак, пока
в райских критериях еды хватало с лихвой, естественный отбор фактически не действовал,
работал разве что половой отбор, о котором гласил Дарвин. Все поменялось
тогда, когда поменялись места нереста аква животных, сформировавших эту
переходную среду. И приблизительно 5 млн годов назад бедные антропоиды остались у
разбитого корыта. Еда пропала. Что унаших протцов было в активе? Зубы,
которые уже стали практически человечьими? Этими зубами даже ничего толком откусить
нельзя. Они были гиперспециализированы под доброкачественную и просто
пережевываемую белковую еду. Есть и другие разъяснения появлению
человечьих зубов – некие антропологи считают, что они трансформировались
тогда, когда антропоиды слезли с деревьев и ушли в полубуш, чтоб вырывать из
земли и поедать корни. Но не достаточно того что на зубах человека нет никаких следов
их типо использования для перетирания корешков – не понятно и то, для чего
было слезать с деревьев и отрешаться от плодов в пользу корнеплодов.


Что там
зубы – у вышедших из «рая» протцов человека не было ни когтей, ни стремительных
ловких ног, ни шерсти, которая пропала, видимо, благодаря полуводной среде
обитания. С таким грустным наследством большая часть антропоидов, конечно,
вымерла, но другие стали использовать единственный собственный ресурс, на который
не действовал отбор, – мозг. Тут-то и началась био эволюция человека.


Ишь ты
какой грамотей!


И она
пошла по очень увлекательному пути. Когда различные группы австралопитеков занялись
поиском еды, на их в первый раз стал действовать био отбор. Тогда и они
стали объединяться в огромные группы и утрачивать те био
свойства, которые позволяют выживать отдельным животным. Сейчас отбор
благоприятствовал только тем, кто мог существовать в группе. Они-то и выживали,
плодились и переносили геном в последующие поколения. А кто не мог – из
таковой группы элиминировался. Мы и на данный момент лицезреем это на примерах человечьих
общностей, которые ради сохранения среднего уровня отношений отбрасывают как «корешки»,
так и «вершки», другими словами избавляются как от социопатов, так и от самых
способных и профессиональных. В общностях австралопитеков этот процесс шел
полным ходом, и принудительная элиминация самых буйных и самых умных
привела к миграциям с прародины населения земли – Африки.


Если
разложить по шагам историю передвижения человека из Африки, то выходит
последующая картина: асоциальные и более умственные особи мигрировали,
делали новейшую оседлую группу, и в этой оседлой группе мозг оказывался
в среднем больше, чем у членов начальной группы. Потом новенькая группа
становилась более социально размеренной, а всех, кто разрушал стабильность,
снова «вышибали», они снова мигрировали и создавали за счет высочайшего
полиморфизма новейшую группу. И при каждой последующей передвижения мозг немножко
увеличивался. Поначалу группы «изгоев» путешествовали по Африке.
Представители homo erectus уже заселили Евразию. Все это время мозг продолжал
расти. Если мы поглядим на антропогенез в той его части, где он отлично
палеонтологически и археологически представлен, то окажется, что на
протяжении эволюции каждого вида гоминид мозг безпрерывно увеличивался. А именно,
у homo erectus он сначало весил около 900 г, но равномерно вырос до 1200
г.


Альтруистический
ум


Выходит,
что в размеренной социальной группе всех ранешних и поздних гоминид
действовал непререкаемый закон искусственного отбора. И конкретно в этом заключена
квинтэссенция эволюции мозга человека.


Никакой
эволюции и естественного отбора не хватило бы, чтоб всего за 4,5 млн лет наш
мозг сделал путь от мозга шимпанзе к мозгу человек разумный. Но если происходит
селекция по соц принципу, эволюция неописуемо ускоряется. Благодаря
жесточайшему внутреннему искусственному отбору.


Вот
вопрос: что тяжело отнять даже у возлюбленной собаки? Естественно, смачную пищу – кусочек
колбасы либо косточку. В животном мире едой не принято делиться
напротив, животные стараются отнять пищу друг у друга хоть каким методом. Украл
означает, наелся, наелся – означает, получил преимущество в размножении. В
людском же социуме пищей принято делиться. И вот, как выяснилось, нижняя
часть лобной области людского мозга потребовалась нам для того, чтоб мы
могли отрешиться от еды. Другими словами, лобная область, считающаяся
морфологической основой ума, исторически развивалась не для того, чтоб
мыслить о высочайшем либо играть в шахматы. Не было в те дальние времена ни «высокого»,
ни шахмат. Главной задачей этой части мозга стало торможение животных
инстинктов. Ибо только делясь пищей, можно было поддержать взаимодействие
и общение в группе.



Плод
пирровой победы


Население земли
расселялось по планетке, наращивая объем мозга, и в конце концов на историческую сцену
вышли две большие группы – неандертальцы и кроманьонцы. У представителей
обеих групп мозг достигнул большого размера – 1560–1600 г. Но при том что
мозг по массе был схож, стратегия поведения и результаты отбора оказались различные.
Неандертальцы были сильными, сильными, умными созданиями, которые селились очень
малеханькими семьями. Они придумывали орудия и вообщем, может быть, были более
умственными, чем человек разумный sapiens. Но отбор, связанный с поддержанием
бесконфликтных ситуаций в группах, на их не действовал. А кроманьонцы,
похоже, были туповатыми, ограниченными, но их мозг прошел больший путь
социализации. Ожесточенный отбор приспособил их к публичному стилю жизни. Каковой
же оказался итог конкуренции? Когда на 3-х жуков нападает банда муравьев,
она их уничтожает. Приблизительно так же кроманьонцы расправились с неандертальцами.
И далее мы, сапиенсы, пожали грустные плоды собственной победы.
30 000 годов назад соц отбор, который тогда, в критериях
конкуренции, добивался колоссальных усилий со стороны сапиенсов, закончился.
И ситуация возвратилась в каком-то смысле к началу пути: ускорился отбор
людей по социальной адаптированности, только сейчас отдельные очень умные «изгои»
не могли воздействовать на ситуацию – общество стало очень огромным. А
безынициативные особи с средними данными, способные к плодотворному
общению и коллективным действиям, получали преимущество. Кто мог
делать правила игры в группе, какими бы они ни были идиотическими, получал
возможность размножиться и перенести геном в последующее поколение. Кто нарушал
правила – тот не плодился. Так мозг равномерно и уменьшился с 1600 до
1300 г, и нужно сказать, что схожий регресс не наблюдался ни у 1-го вида за
всю историю гоминид.


Есть ли у
мозга шансы на био прогресс? Вероятнее всего нет, по последней мере до тех
пор, пока действие био отбора будет подменяться искусственным
соц отбором. Преференции получают более общественно приспособленные
люди, а наличие малеханького мозга почти всегда им не мешает.


Создатель – доктор био наук, доктор, управляющий отдела
эмбриологии НИИ морфологии человека РАМН





Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments