velzevul (dubva1) wrote,
velzevul
dubva1

АНОМАЛЬНАЯ ЗИМА В МОСКВЕ

Москва в последние дни невероятно, потрясающе красива.

В новостях рассказывают всякие ужасы – сколько народа скопилось в Шереметьево, Домодедово без электричества – это, конечно, безобразие. В аэропорту не может не быть резервного источника электропитания, если люди который день не могут вылететь, нужно хоть как-то о них позаботиться, но когда ж это у нас так было. Здесь все, как всегда. И то, что с последнего рейса в Петербург, улетевшего из Шереметьева, сняли около 70 уже зарегистрированных пассажиров, чтобы в практически пустом самолете (рейсовом, по расписанию) отправить одного Грызлова с охраной, тоже не удивляет. Привыкли.

А вот красоты такой никогда не видели.
Из Домодедово не вылетело более 100 рейсов

Пишут, что подобная погода была 110 лет тому назад - в 1891 и 1897 годах, вряд ли кто из живущих нынче может похвастать, что видел что-то подобное. В пятницу сначала в воздухе висела изморось, а вечером начался настоящий дождь – при минусовой температуре. Все дороги моментально обледенели. Вечером, когда гулял с Янкой, на тротуаре было впору вставать на четвереньки. Между подъездами, там, где тротуары лежат горизонтально, можно было передвигаться спокойно (но лучше – скользить, не отрывая ног ото льда), а вот напротив подъездов они (во всяком случае, в Черемушках) почти везде имеют уклон, и меня неудержимо сносило, пока не тормозил руками о припаркованную машину. Зато Янка балдела от счастья. Она вообще любит зиму, это понятно – с такой-то шубой. По первому снегу начинает кататься, переворачиваться пузом вверх, носиться кругами, подбрасывать прутики, совершенно забывая о правилах поведения уважающих себя (да уж!) чау.

Утром в субботу все деревья стояли, как в хрустале: на каждой веточке наросла прозрачная ледяная корка. Все ветки свесились вниз под тяжестью этого льда, местами ломались, кое-где падали, не выдержав тяжести льда, и целые деревья. Опять ужасы: придавило сколько-то машин. Сочувствую владельцам. Думаю, что страховку они все-таки получат, не так уж страшен черт. А если у кого-то придавило упавшим стволом машину, оставленную ночью на тротуаре (взяли моду, понимаешь), то я даже немножко позлорадствую.

Но до чего же все сказочно красиво вокруг!

Коммунальные службы, которые нынче только ленивый не ругает, на мой взгляд, достойны всяческих похвал, как и вообще все последнее десятилетие. Уже к одиннадцати – двенадцати часам дня в субботу по городу (во всяком случае, по тем районам, где я побывал) можно было достаточно спокойно ходить и ездить: гранитная крошка, реагенты, лопаты и – повсюду группы сосредоточенных таджиков в оранжевых жилетах с катафотами. (Испытываю к этим людям чувства глубокой благодарности и жгучего стыда – за то отношение, которое они, по большей части, получают от моей Родины).

Недовольным, считающим, что "неожиданно наставшая зима опять застала Москву врасплох", в который раз объясняю: чтобы убрать снег (и лед тоже), необходимо, чтобы он лег на землю. Устройств, ловящих его в воздухе, до сих пор не изобрели нигде в мире. И если в огромном городе, между прочим, самом северном мегаполисе мира с населением более десяти миллионов человек, дороги становятся проезжими, а тротуары проходимыми через четыре – шесть часов после каждого аномально обильного снегопада, то ругать коммунальщиков – Бога гневить. Я прожил в Москве шестьдесят лет и свидетельствую: так, как ее чистят последние десять, приблизительно, лет, ее не чистили никогда раньше. И зимой и летом.

Ну да, мы зависим от погоды. Людям, постоянно живущим в городе нужно об этом напоминать, иначе забывают.

А сегодня я полдня ездил по делам на машине. Кстати, очень многие водители, убоявшись погоды, оставили машины дома, поэтому на улицах было значительно меньше автомобилей, чем обычно в эти дни. Езда почти что комфортная. И только все время там, где стояли деревья, нужно было следить за собой и не отвлекаться. Потому что такой красоты на моей памяти в Москве не было и вряд ли когда-нибудь будет еще. Правда, свидетелем одной драматической ситуации мне все же довелось быть. В субботнее утро, когда тротуары еще представляли собой катки, а проезжая часть – заледеневшие колдобины, возвращаясь с прогулки, увидел у соседнего подъезда группу, скорее всего, семейную: дедушка, бабушка, мама и мальчик лет пяти – шести. Взрослые громкими сердитыми голосами убеждали друг друга в том, что ехать по такой дороге никак невозможно. Собственно, вроде бы никто этого и не оспаривал, взрослые в этом мнении были едины. А мальчик… Он не спорил с ними, нет. Он громко и протяжно плакал, повторяя: "На ёлкуууу! На ёооолкууу!"
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments